Движение «Наши» могло дать отпор Болотной, но приказа из Кремля не поступило

Движение «Наши» могло дать отпор Болотной, но приказа из Кремля не поступило

Движение «Наши» могло дать отпор Болотной, но приказа из Кремля не поступило

Лояльных системе комиссаров, преданных Путину и Суркову, обученных и прошедших через различные уличные форматы, включая силовые, в тот момент просто оставили на запасных путях, отметил в интервью ИА «Реалист» экс-комиссар движения, генеральный директор аналитического центра «Политген» Ярослав Игнатовский

ИА «Реалист»: В этом году исполняется 15 лет с момента основания движения «Наши». Как вы в него попали? Что привлекло Вас в этой молодежной организации?

Ярослав Игнатовский: На начало 2005 года, когда стали запускаться ячейки «Наших» по регионам, я, в свои неполные 22, был уже опытный менеджер молодежной политики. За плечами у меня было три года в «Идущих вместе» и участие в нескольких избирательных кампаниях в Санкт-Петербурге. По доброй, как выяснится позже, традиции Василий Якеменко поставил бан на участие в движении «Наши» всем «идунам», кроме небольшой группы своих приближенных. Я не подходил по возрасту, потому что приоритет отдавался тем, кому было от 17 до 19.

Но, благодаря моему товарищу Сергею Белоконеву, в движение я все же попал, и сразу на руководящую должность, поехал строить новгородское отделение, где еще не было никого. Когда Василий приехал в Новгород и увидел меня там, то аж рот раскрыл от удивления. И сразу повысил зарплату в два раза.

Фото из личного архива Ярослава Игнатовского

Безусловно, меня привлекал масштаб, размах и пафос, с которым строилось движение. Образовательные возможности и перспективы. Активистам говорилось, что они не иначе как тайный орден по спасению страны. Что греха таить, многие из комиссаров и до сих пор так думают. Тот укус оказался очень сильным, хотя и для кого-то болезненным.

ИА «Реалист»: В каких акциях движения Вы принимали участие? Перечислите самые яркие из них.

Ярослав Игнатовский: Самая яркая – это, конечно, «Наша Победа», посвященная 60-летию Победы в Великой Отечественной войне. Акция состоялась 15 мая 2005 года на Ленинском проспекте в Москве. Там было по разным подсчетам от 40 до 65 тыс. человек. Лично я со своей командой вывез из Новгородской области 1200 человек на 30 автобусах (это были все автобусы, которые можно было арендовать в регионе). Еще человек 600 остались стоять на площади, мы не ожидали такого ажиотажа. Мы их потом отдельно вывозили на экскурсию в Санкт-Петербург.

Надо понимать, что сбор людей тогда был делом хлопотным, многоступенчатым, крайне продуманным с технологической точки зрения. Сначала наш актив шел в вузы и выступал перед студентами, затем втягивал всех заинтересовавшихся в мероприятия патриотической тематики, потом все сдавали экзамен на знание манифеста движения и истории. Сейчас все проще – можно провести яркую кампанию в соцсетях, или, на худой конец, стянуть молчаливых бюджетников и «Почту России» административными методами.

В общем, это было замечательное чувство, одновременной причастности к чему-то очень масштабному и значимому, и гордости за качественно проделанную работу. В феврале я был в регионе один, а в марте нас было уже пара десятков, в апреле сотни, а в мае тысячи.

Были потом и другие, не менее масштабные акции и проекты:

многолетняя организация форума Селигер, акция памяти жертв погибших в Беслане «Без Слов», «Уроки дружбы», «Возвращенный праздник», «Связной президента», та же «Наша победа» спустя пять лет, организация «Года молодежи» уже в рамках деятельности в Росмолодежи, какие-то международные проекты. Но то чувство, которое я испытал стоя на Ленинском проспекте в Москве 15 мая, запомнил навсегда.

ИА «Реалист»: В 2009 году Владислав Сурков назвал движение «передовым боевым отрядом нашей политической системы»: «Я по-прежнему считаю, что преобладание на улице – это тоже наше необходимое преимущество, которое у нас есть благодаря вам, благодаря всем тем, кто блестяще умеет проводить массовые акции». Почему «Наши» во время Болотной проиграло улицу оппозиции?

Ярослав Игнатовский: К 2011 году основной актив движения уже был фактически реорганизован и перешел в проекты Росмолодежи от инноваций до модернизации сферы ЖКХ. Часть работала в партийных проектах «Единой России» и рядах политтехнологов. Да и к самому политическому циклу 2011-12 годов не формировалось масштабной массовой части, как это было в 2007-2008 гг.

Владислав Сурков. Фото: «Коммерсант»

То есть, запроса в «Наших» на тот момент система уже не испытывала. Поэтому лояльных системе комиссаров, преданных Владимиру Путину и Владиславу Суркову, обученных и прошедших через различные уличные форматы, включая силовые, в тот момент просто оставили на запасных путях. В Москву готовы были по свистку стянуться 30-40 тыс. человек. Но приказа так и не поступило. Мобилизационных задач не ставилось. Почему это было сделано, могу только предполагать.

ИА «Реалист»: Почему не стало «Наших»?

Ярослав Игнатовский: Сложно сказать. Как видно выше, основная версия, что «Наши» оказались не готовы противостоять Болотным несостоятельна. Не будем забывать о трансформационных процессах во внутренней политике страны в те годы. Политической элите, амбициозные комиссары, готовые вот-вот запрыгнуть в лодку федеральной публичной политики, и не дай Бог, раскачать ее, оказались не нужны.

Спустя годы, думаю, что причина оказалась еще глубже. «Наших» всегда считали выскочками, которые невесть откуда взялись в политической системе, начали пытаться ее как-то отстраивать, форматировать под себя, считаясь любимчиками Суркова и при благосклонности Путина. Ну кому это понравится? Ведь никто не отменял ритуалы, с помощью которых осуществляется рекрутинг в политическую сферу, в бюрократию. Надо постоянно проявлять лояльность, улыбаться, выслуживаться перед вышестоящими, чтобы перейти на ступень выше. А тут на тебе, набрали каких-то голодранцев, которые кем-то себя возомнили. А вы – никто, «ликующая гопота», знайте свое место.

Встреча Владимира Путина с активистами движения «Наши». 2006 год. Фото: Пресс-служба Кремля

Фактически, «Нашим» срезали крылья на старте, пока они не стали новыми большевиками. Вот в этой логике, мне кажется, конец движения был прогнозируем и ожидаем. Другое дело, почему Василий Якеменко не стал сохранять комиссарское сообщество, ядро из 3 тыс. человек, с которыми мог затеять любое дело, хоть партию, хоть бизнес, хоть еще что-то. Значит, чего-то не хватило.

ИА «Реалист»: Поддерживаете связь с бывшими соратниками по движению?

Ярослав Игнатовский: Да, ведь многие из них вполне успешно реализовались в жизни, часть в сфере политических профессий, к которой и я имею некоторое отношение. С абсолютным большинством теплые ровные отношения, со многими дружим, списываемся.

ИА «Реалист»: Движение «Наши» по-разному оценивали, но «скучным» оно уж точно не было. Почему спустя семь лет Кремль снова заговорил о необходимости создания молодежной организации? Какие задачи должна ставить перед собой молодежная организация сегодня, чтобы привлечь в свои ряды активных ребят?

Ярослав Игнатовский: Сложно сказать. Я продолжаю много общаться с молодежью, которая работает в моих проектах, или с кем сотрудничаю. Не вижу сегодня яркого запроса ни на молодежную политику, ни, тем более, на какое-то массовое движение. Эти подходы точно должны отличаться от тех, что были 15 лет назад и технологически, и идеологически. Патриотизм, который был движущей силой того поколения ребят, которые застали разруху 1990-х был живительным глотком воздуха свободы и устремленности страны в будущее.

Сегодня мы живем, с одной стороны, в гораздо более индивидуалистичном обществе, которое власть пытается перековать на консервативные начала в рамках распределительной системы. С другой – есть все возможности для самореализации, не сравнимые с тем, что было в нулевых годах. Поэтому можно провести гораздо более точные настройки, и получить может не столько массовое, сколько кадровое движение. Вопрос целеполагания.

Демонстрирование лояльности власти не нужно, да и молодежь сейчас не станет искренне это делать. Но обеспечение себя или своих детей, которым в перспективе придется передавать власть компетентными и лояльными кадрами. Почему нет. Другой вопрос, хватит ли политической воли готовить кого-то, зная, что неизбежно придется рано или поздно уступить им свое место.

 

Ярослав Игнатовский – генеральный директор аналитического центра «Политген», специально для ИА «Реалист»


realtribune.ru